Газета Труд

411 подписчиков

Свежие комментарии

  • SL
    Видимо, может стать ещё хуже, коль скоро россияне восприняли оплачиваемые нерабочую неделю не так как задумано с цель...«Корона» наступае...
  • Валерий Александрович Проскурнин
    странно, но в этих так называемых "демократиях" до сих пор не нашлось ни одного человека или организации, которые бы ...Польский премьер ...
  • Сергей Рузманов
    Ссыкливые пиндосы опять слилисьКорабль ВМФ Росси...

Вертинский в гриме и без

Вертинский в гриме и без

На интернет-платформе KION с 13 сентября стали доступны первые эпизоды сериала «Вертинский» в постановке Авдотьи Смирновой. А днями ранее в кинотеатре «Художественный» состоялась громкая премьера проекта, на которую «пришла вся Москва». От Анастасии Вертинской, инициировавшей этот байопик о своем отце, до Константина Эрнста, Владимира Познера, Анатолия Чубайса, Романа Абрамовича, Ксении Собчак, Аллы Сигаловой, Федора Бондарчука, Ольги Свибловой и самой Примадонны, которая редко выходит в свет, а тут уважила.

Именитым гостям показали первые две серии, которые в тот же день посмотрел и обозреватель «Труда». И должен задним числом с горечью заметить, что пиаровский звон вокруг премьеры, как это нередко бывает, оказался несоразмерен творческому результату. Неслучайно на только что завершившемся фестивале сериалов «Пилот» в Иваново пафосный «Вертинский» не получил даже самого скромного приза ни от жюри во главе с народным артистом России Юрием Стояновым, ни от зрителей.

По большому счету, новый сериал, как мне показалось, пока мало чем отличается от традиционных байопиков, имя которым легион. Вспомним, к примеру, сериалы про Сергея Есенина, Валентину Серову, Людмилу Гурченко, Екатерину Фурцеву: Внешне в первых сериях «Вертинского» все выглядит дорого и богато: роскошные интерьеры, автомобили той поры, тысячи специально пошитых дорогих костюмов, внушительные массовки.

А по сути, это все та же изрядно беллетризованная биография знаменитого человека. В данном случае — поэта, певца, актера, клоуна, путешественника, авантюриста, «русского Пьеро» Александра Вертинского.

В 1919 году он с врангелевскими войсками покинул Россию. Жил и выступал в Турции, Румынии, Польше, Германии, Франции, Ливане, США, Китае. Дружил с королями, министрами, был на короткой ноге с Чарли Чаплином, Марлен Дитрих, Гретой Гарбо: Измученный ностальгией, в 1943 году вернулся в СССР. Раз пять объехал с выступлениями всю страну, дал тысячи концертов. Сочинил песню в честь вождя всех народов: «Чуть седой, как серебряный тополь, / Он стоит, принимая парад:» и успел получить от него Сталинскую премию. Умер в 1957 году, овеянный славой и народной любовью.

Но все эти «этапы большого пути» в сериале еще впереди. А первые два эпизода описывают начало творческого пути Вертинского. В первой серии мы знакомимся с молодым повесой (его старательно играет 40-летний актер Алексей Филимонов, известный ранее по ролям инкассаторов и бандитов), который перебивается случайными заработками, клянчит деньги у своей сестры-актрисы, с голодухи крадет калачи у лотошника. И вместе с друзьями — актером Мозжухиным, художником Осмеркиным, поэтом Агеевым — без устали пьет все, что горит, и постоянно нюхает кокаин.

Эти сцены сняты то в дурашливо-балаганной интонации (сериал начинается с крупного плана голой задницы Вертинского, который позирует художникам в качестве натурщика), то в мелодраматически-надрывном ключе (как в эпизодах с гибелью сестры от кокаиновой зависимости). Понятно, что это попытка стилизации под немое кино той поры, но ничего, кроме легкой оторопи, эти натужные экзерсисы у меня не вызвали. Не говоря уже о том, что пока не очень ясно, как это будут показывать по телевидению с его жесткими запретами на показ употребления наркотиков.

Настоящее кино начинается, когда Вертинский становится участником и свидетелем Первой мировой, а затем октябрьского переворота и последовавшей за ним Гражданской войны. Тут Авдотья Смирнова обходится без мелодраматических сантиментов, снимая жесткой мужской рукой жуткие сцены в санитарном поезде, набитом тяжелоранеными, или на московских улицах, где озверевшая чернь крушит топорами пианино, или ужасы белого террора на Юге России.

Одна из самых сильных сцен сериала — разговор Вертинского с чекистами, которым не понравилась его песня «То, что я должен сказать», посвященная гибели мальчишек-юнкеров в ходе боев с большевиками. «Как вы можете лить слезы по аристократическим соплякам?» — с угрозой вопрошает чекист у Вертинского. «Но вы же не можете запретить мне их жалеть!» — возражает певец. На что слышит ледяной ответ: «Надо будет — и дышать запретим!»

С этой сценой рифмуется другая, когда Вертинского доставят в ставку Добровольческой армии. Он уже решит про себя, что сейчас его отправят в расход за учиненный мордобой пьяного офицера, а это, оказывается, сентиментально-жестокая капитанша в прекрасном исполнении Анны Михалковой захотела послушать его «Юнкеров», ставших гимном Белого движения. В реальности такой эпизод был, но с участием Якова Слащева, который послужил прототипом генерала-вешателя Хлудова в булгаковской пьесе «Бег». Зачем Авдотье Смирновой и ее соавтору по сценарию Анне Пармас понадобилось переиначивать известные по мемуарам Вертинского события — бог весть.

Авторы сериала вообще достаточно вольно обходятся с историческими источниками. Так, едва ли не вся вторая серия посвящена любовному роману Вертинского и актрисы немого кино Веры Холодной. Но до сих пор было хорошо известно, что романа между знаменитостями не было. Да, Вертинский был влюблен в Холодную, часами сидел у нее в прихожей, но она была верна своему мужу — блестящему молодому юристу, автогонщику, а в годы Первой мировой отважному офицеру.

Когда мужа ранили под Варшавой, она бросила все свои дела, уехала на фронт и провела у постели больного месяц, пока он не пошел на поправку. В сериале же актриса живет с Вертинским «одним домом», он готовит гуся, трогательно печется о ней и ее детях, которые не спрашивают, где их отец и почему у них ночует чужой дядя. А тут раненый муж сваливается ей (им) на голову, как снег посреди знойного лета...

Авторы имеют право на художественный вымысел? Разумеется. Но назовите тогда Вертинского, скажем, Воротынским, а Холодную, допустим, Верой Горячей. Возможно, наследникам и наследницам Вертинского польстит, что у их великого предка была любовная связь с королевой немого кино (романы, как принято считать, мужчину украшают). Но есть ведь еще и живущие за рубежом потомки Веры Холодной, которые трепетно хранят память об актрисе. Каково им будет узнать, что их великая родственница якобы изменяла своему мужу, который в это время воевал на фронте?

P.S. Словом, вопросов новый сериал вызывает у меня пока больше, чем восторгов. Но было бы преждевременным выносить ему окончательные оценки по первым двум сериям. Смотрим вместе дальше. И надеемся, что сериал обретет должную глубину и высоту, достойную вдохновившей его фигуры — «главного русского шансонье» Александра Вертинского.

 

Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх