Газета Труд

382 подписчика

Свежие комментарии

  • Виталий
    В офисе Зеленског...
  • Vasil Cornev
    А от дохлого ишака уши, не хотели?Украина решила по...
  • иван шевченко
    Да кому вообще должны быть интересны причины поражения в мелкой межплеменной войнушке за пару тощих пастбищ для ...Пашинян объяснил ...

«Похоже, человеческая популяция порабощена»

«Похоже, человеческая популяция порабощена»

Книги Дмитрия Лиханова не дают жить спокойно — остаются занозой в сердце. Душа без конца возвращается к прочитанному, отзываясь маетой и неясным беспокойством, как на непогоду. Как-то не так мы живем, что-то не так мы делаем, если все в этих книгах — правда. А ведь это — правда: Так было у меня с первым лихановским романом «Bianca. Жизнь белой суки», вышедшим три года назад. То же самое могу сказать и про новый роман — «Звезда и Крест». Почему болит?

— Дмитрий Альбертович, ваш новый роман «Звезда и Крест» вызвал восторженные отзывы интеллектуалов, включая Андрея Кончаловского, но вышел ничтожно малым тиражом в издательстве «Эксмо»...

— Мне издателей трудно упрекать, они, понятно, ждут прибылей. А прибыль дает, как правило, «мусорное чтиво». Кстати, за счет прибылей от продажи этого мусора они пока еще имеют возможность издавать книги для узкого круга, так что нет худа без добра. Гораздо печальнее смотреть на полные корзины классической русской литературы по 50 рублей в супермаркетах. Новые книги. Толстой. Гоголь. Бунин. Куприн. Никто не берет. Картинок нет. И много букв, как сейчас говорят. Современному, особенно молодому, человеку это не требуется. Хватает простых рефлексов для нажатия кнопок смартфона, который сегодня уже управляет людьми.

Это нам кажется, что мы им управляем. На самом деле это он, могущественный робот, слышит наши разговоры, следит, зовет куда надо мессенджерами и звонками. Похоже, человеческая популяция порабощена. И, как верно говорит упомянутый Андрей Сергеевич Кончаловский, «наступают времена, когда люди, которые читают книги, будут управлять теми, кто их не читает».

— Ваш роман «Bianca. Жизнь белой суки» критики ставят по эмоциональному воздействию на читателя даже выше, чем «Белый Бим Черное ухо» Гавриила Троепольского. Вы намеренно старались взять за живое читателя?

— Намерений таких не было. Историю Бьянки подсказала сама жизнь. Я знал эту собаку и ее хозяев, которые живут по сей день в тихой архангельской деревушке на берегу речки Паденьги. В те края я много лет езжу на охоту. История породистой лайки, ее страдания, потеря щенков, собственная инвалидность и, в конце концов, ее гибель от рук людей всколыхнули сердце. Долгие годы не мог заставить себя засесть за эту историю, а когда все-таки взял себя в руки, написал роман за несколько месяцев. Знаете, сегодня, в отличие от времен моей юности, собачников стало гораздо больше. Проводятся всевозможные выставки. Рекламируются корма. На домашних животных создана целая индустрия. Однако, как мне кажется, замешена она на человеческом тщеславии, на желании похвастаться, пустить пыль в глаза. Ведь для настоящей любви между животным и человеком совсем не важно, какой породы твоя собака и на какой выставке она получила медаль. А любви этой часто и не хватает в сердцах. Поглядите, сколько в городах осиротевших, одичавших собак. Они сбиваются в стаи. Нападают, и, по правде сказать, поделом, на бросившего их человека. При всем внешнем разнообразии жизни и всяческих утех в народе нашем стало мало любви. От этого и скудность любых отношений: с людьми, животными, с Богом, с самими собой — со всем на свете. Так что отчасти «Bianca» — это роман о пустоте человечьих сердец.

— А новый роман, «Звезда и Крест», он на кого рассчитан?

— На читающих и знающих. Эту книгу непросто осилить. Мало того, что мне пришлось перелопатить горы литературы по античной истории и философии, привлечь специалистов по древним рукописям и мертвым языкам, так еще и целые абзацы приведены на древнегреческом и латыни. Именно на этих языках говорили в античной Антиохии в III веке. Мне было важно попытаться восстановить ту эпоху в деталях — топографию, язык, нравы, быт, чтобы реконструировать житие священномученика Киприана. Это второе действующее лицо романа. А первое — офицер Советской армии по имени Александр, потерявший ноги на Афганской войне и принявший монашеский пост. В книге перекликаются две сюжетных линии, два героя.

— И прообразом офицера стал реальный человек?

— Лучше сказать так: жизненный путь конкретного человека, Героя Советского Союза Валерия Буркова вдохновил меня на эту работу. Мы с Валерой знакомы с начала 90-х, когда ему трубили медные трубы. Только что получил звезду Героя, предпоследним в СССР, обласкан и искушен властью, помощник Ельцина по делам инвалидов. Мне этот высокий парень на протезах показался симпатичным, мы подружились. А потом на какое-то время я его потерял из виду. А когда вновь нашел, это был совсем другой человек. Монах. Инок со звездой Героя на рясе. Мы с ним тогда проговорили несколько дней. Я записал те разговоры на диктофон, он отдал мне свои архивы. Его путь к Богу удивителен. Когда он мне рассказывал, что происходило с ним на этом пути, поверить в это было сложно. Ведь речь шла о том, что богословы именуют «духовной бранью», сражением с темными силами. Но это было, и я в это верю. Потому и написал этот роман.

— А о чем будет следующий, если, конечно, он уже пишется?

— Пишется. О нелегальной разведке. Вернее, так: о том, что происходит с человеком, когда он вынужден жить в двух параллельных жизнях. Одной — выдуманной, тщательно сконструированной, но не своей. И всячески скрывать себя настоящего, такого, каким тебя мать родила. Я разговаривал с многими из нелегалов, с одним из них вплоть до его кончины водил близкую дружбу. Знаете, это беспримерный по-двиг. И не только профессиональный, когда тебе удастся достать важные сведения, но и психологический. Ведь на протяжении порой десятков лет ты вынужден — пусть и во благо своей страны — совершать ежедневное предательство по отношению к своей личности. Ты предаешь жену, с которой ты живешь. Детей, которые не знают твоего настоящего имени. Друзей. Исповедника своего, если играешь роль христианина. Это ведь нечеловеческое самообладание нужно иметь, чтобы не сорваться, не стать вдруг тем, кто ты есть на самом деле: Собственно, об этом и мой новый роман. Его рабочее название «Соглядатай». Надеюсь закончить его до конца этого года.

— Дмитрий Альбертович, пандемия вас заперла в четырех стенах?

— Как и всех. Но планов у меня громадье. В июле планирую уехать к зверобоям на Чукотку, куда меня пригласил губернатор Роман Валентинович Копин. Давно мечтаю написать книгу о людях этого края, где я бывал у старателей и даже написал о них несколько рассказов. Теперь хочу пойти на кита вместе с морскими зверобоями. Написать о них. Зимой следующей, если получится, отправился бы с каюрами на собаках в переход на тысячу километров. Вот тогда книжка точно получится.

Летом выходит перевод моего романа «Bianca» в Колумбии. Хочу осенью поздней поехать туда, чтобы побывать на родине моего кумира Габриэля Гарсиа Маркеса, с которым мы встречались в 1980-х в Москве, познакомиться с бывшим лидером колумбийских партизан ФАРК Тимошенко, наркобаронами Медельина. Недели на три, не меньше, отправлюсь туда.

Хотелось бы успеть до конца года устроить презентацию «Звезды и Креста», чтобы пригласить на нее и Валеру Буркова, и всех, кто помогал мне в работе над этой книгой. А таких людей немало.

Слова

Андрей Кончаловский (о романе «Звезда и Крест»)

— Это книга о спасении и бесконечной Любви. Книга-скоропомощник отчаявшимся. Духоподъемное произведение.

Павел Басинский

— «Bianca» Лиханова — это самая суровая книга о нас с вами.

 

Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх